У всіх наших роздумах про якості і про сутність Бога, - пише Новатіан, - ми переходимо межі нашого розуміння, і жодне людське красномовство не може бути порівнянне з Його величчю. При спогляданні Його величі і при згадці про Його велич всяке красномовство просто замовкає і будь-яке зусилля думки втрачає силу. Бо Бог більш великий, ніж сам розум. Його велич не можна осягнути. Якби ми могли осягнути Його велич, Він був би нікчемнішим за людський розум, здатний формувати поняття. Він більший за будь-яку мову, і жодними словами Його не можна висловити. Воістину, якби Його можна було висловити словами, Він був би нікчемнішим за людську мову, яка могла б за допомогою цих слів зробити зрозумілим і сформулювати те, чим Він є. Усі наші думки про Нього будуть нікчемні порівняно з Ним, усі наші найпіднесеніші слова будуть банальностями порівняно з Ним.Э. Тозер, Величие Бога (Санкт-Петербург: Мирт, 2009), С.36

Во всех наших размышлениях о качествах и о сущности Бога, — пишет Новатиан, — мы переходим границы нашего понимания, и никакое человеческое красноречие не может быть соизмеримо с Его величием. При созерцании Его величия и при упоминании о Его величии всякое красноречие просто замолкает и любое усилие мысли теряет силу. Ибо Бог более велик, чем сам разум. Его величие нельзя постичь. Если бы мы могли постичь Его величие, Он был бы ничтожнее человеческого ума, способного формировать понятия. Он более велик, чем любой язык, и никакими словами Его нельзя выразить. Поистине, если бы Его можно было выразить словами, Он был бы ничтожнее человеческой речи, которая могла бы с помощью этих слов сделать понятным и сформулировать то, чем Он является. Все наши мысли о Нем будут ничтожны по сравнению с Ним, все наши самые возвышенные слова будут банальностями по сравнению с Ним.

Э. Тозер, Величие Бога (Санкт-Петербург: Мирт, 2009), С.36