Коли близька людина страждає, то люди схильні реагувати на це звичними способами. Вони або відступають на безпечну відстань, або беруться повчати того, хто страждає, або перенаправляють його до інших. Ми намагаємося відгородитися від людини зі змученою душею, немов від прокаженого. При цьому ми з готовністю вимовляємо слова, що звучать дуже по-християнськи. Наприклад, ми впевнено говоримо: "Бог поруч із тобою завжди, навіть у часи скорботи". Або резонно запитуємо: "Згадай, як нещодавно тобі допомогло Слово Боже". Або переконуємо: "Даремно ти так засмучуєшся. Ти занадто мучиш себе. У твоєму житті багато хорошого". Ці слова нічого не дають нашим власним серцям, але ми чомусь думаємо, що вони втішать інших. А насправді такі фрази дають нам змогу швидше закінчити тяжку розмову з "хворим", і з полегшенням повернутися до більш "здорових" людей.Л. Крабб, Целительная сила общения (М.: Триада, 2010), С.61
Когда близкий человек страдает, то люди склонны реагировать на это привычными способами. Они или отступают на безопасное расстояние, или принимаются увещевать страждущего, или перенаправляют его к другим. Мы стараемся отгородиться от человека с измученной душой, словно от прокаженного. При этом мы с готовностью произносим слова, звучащие очень по-христиански. Например, мы уверенно говорим: «Бог рядом с тобой всегда, даже во времена скорби». Или резонно спрашиваем: «Вспомни, как недавно тебе помогло Слово Божье». Или убеждаем: «Зря ты так расстраиваешься. Ты слишком мучаешь себя. В твоей жизни много хорошего». Эти слова ничего не дают нашим собственным сердцам, но мы почему-то думаем, что они утешат других. А на самом деле такие фразы позволяют нам быстрее закончить тягостный разговор с «больным», и с облегчением вернуться к более «здоровым» людям.
Л. Крабб, Целительная сила общения (М.: Триада, 2010), С.61